WWW.PROGRAMMA.X-PDF.RU
БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Учебные и рабочие программы
 

Pages:     | 1 | 2 || 4 |

«РОССИЯ, ЕВРОПЕЙСКИЙ СОЮЗ И ВОСТОЧНАЯ ЕВРОПА: ДО И ПОСЛЕ ВИЛЬНЮСА 6 ноября 2013 | Москва МОДЕРАТОРЫ: Ярослав Цвек-Карпович, глава исследовательского департамента Польского института ...»

-- [ Страница 3 ] --

Мы уже много слышали сегодня об Украине и иногда кое-что о Беларуси, но эта сессия открывает благоприятную возможность обозначить на карте нашей конференции также и Молдову, о которой мы сегодня слышали очень мало.

В Польше и в целом в Центральной Европе мы действительно убежденные сторонники более тесных связей ЕС с восточными соседями. Мы делаем это, сознавая некую особую значимость этого восточного региона. И если есть кто-то еще, кто также осознает его особую значимость, то это Россия. Поэтому мы присутствуем здесь сегодня, сейчас, чтобы лучше понять точки зрения друг друга и, возможно, найти какие-то точки пересечения двух ракурсов восприятия.

Теперь я хотела бы передать слово г-ну Кириллу Коктышу, который представит нам точку зрения Беларуси.

Коктыш. О’кей, спасибо большое. Коллеги, во-первых, хотелось… На самом деле, смотря на украинский европейский маневр с белорусской точки зрения, можно сказать только, что Минск может просто только аплодировать. Дело в том, что подписание Украиной соглашения об ассоциации с ЕС кардинально усиливает позиции Беларуси на российском направлении, да, собственно говоря, и на европейском направлении.

Дело в том, что, во-первых… Ну, первое соображение — тактическое. Обычно Россия никогда не позволяла себе получить осложнение отношений с Беларусью и Украиной одновременно. Как правило, ухудшение отношений с Украиной тут же сопровождалось улучшением отношений с Беларусью, и наоборот. По той простой причине, что обе страны были и в определенной степени сохраняют и сегодня незаменимый статус транзитных стран для российских углеводородов, поэтому возможная украинско-белорусская консолидация была бы, наверно, наихудшим кошмаром для российских экспортных отношений с Евросоюзом.

Поэтому понятно, что сейчас, когда Украина подписывает соглашение с ЕС, белорусско-российские отношения просто обречены на фантастический успех, а Беларусь обречена на интенсивный экономический рост. Это абсолютно предсказуемая очевидная реальность, и думаю, что белорусский президент в полной мере использует открывшиеся перед ним возможности.

При этом если бы, скажем, Украина вступила в Таможенный союз, на что до недавнего времени надеялась Москва и за что она боролась, наверно, это было бы для Беларуси очень тяжелым вариантом, да и для всего Таможенного союза в целом.

Поскольку присоединение одной крупной страны (47 млн, по-моему, на сегодня) к союзу двух малых и одной большой стран (в Беларуси 9,5 млн, в Казахстане 17, в России больше 140 млн) ставило бы вопрос о том, что доля населения должна как-то учитываться при принятии решений.

То есть возникла бы та же самая проблема, которая возникла с подачи президента Качиньского в Европе, когда Польше какое-то время позволили практически порулить и инициировать очень важные перемены в Евросоюзе, но после этого ввели ниццкий принцип принятия решений, когда вес страны автоматически выливается в ее возможность влиять на принятие решений в одном большом Европейском союзе.

То есть Ниццкая декларация, напомню, сводит процесс принятия решений к тому, что, по сути, без Германии и Франции ни одно решение не может быть принято. И если бы Украина оказалась в Таможенном союзе, то рано или поздно встал бы такой же вопрос в отношении трансформации принятия решений в будущем Евразийском союзе. То есть Беларусь и Казахстан могли бы оказаться в качестве пассажиров и утеряли бы базовую способность торговаться.

Тут мы подходим к самому интересному, потому что с точки зрения перспектив, наверно, и Европейский союз, и Евразийский союз представляют для Беларуси, при ее нынешнем экономико-политическом положении, при ее укладе, одинаково мало комфортную систему. То есть оба объединения, они на самом деле не антагонистичны, в их основе лежит вполне либеральный принцип четырех свобод, то есть свободы перемещения товаров, услуг, людей и капиталов, и это автоматом означает, что, по сути, реальные ресурсы перетекают в пользу корпораций от государств. То есть государствам остается социальная ответственность без ресурсов, корпорации получают ресурсы, но без обременения социальной ответственностью. Это может приводить к высококонфликтным формам, как в Греции, может приводить к низкоконфликтным формам, как в других странах Европы, но проблема остается, и она естественным образом нарастает.

Так вот, тот же самый принцип четырех свобод лежит и в основе Евразийского союза, что изначально снимает вопрос об их антагонистичности. То есть они по своей конструкции задуманы как, по сути, братья-близнецы и конструкции в чистом виде комплементарные.

Так вот, для Беларуси при движении что в западном, что в восточном направлении, если иметь в виду возможность сохранения собственной идентичности, встает вопрос, в каком из объединений она сможет сохранить свою базовую индустриальную идентичность. То есть напомню, что все-таки Беларусь — единственная страна в регионе, которая сохранила серьезное индустриальное производство. Да, объемы его существенно сократились, но система подготовки кадров, система социализации, система производств так или иначе продолжает работать.

И понятно, что интерес Беларуси — это трансформировать базовые принципы Евразийского союза так, чтобы выгодно было не только торговать, но и производить. То есть, по сути, речь может идти только о разных формах протекционизма, более или менее радикальных, более или менее точных. Понятно, что стопроцентный протекционизм не возможен нигде и никогда, но разумный протекционизм — это то, что позволяет сегодня себе практически любая страна мира, правда на словах этого не признавая, а стараясь называть другими приличными словами, вроде регионализации и так далее.

Так вот, получается, что в рамках Евразийского союза у Беларуси возможность для такого рода трансформаций, для инициирования такого рода торга есть. И здесь как раз таки сегодняшняя позиция, которая подарена Минску Киевом, подарена совершенно забесплатно, — это то, что Россия не может себе позволить провала на белорусском направлении. То есть возможность маневра, по сути, сегодня оказалась закрытой, и это значит, что президент Лукашенко может достаточно радикально поднять ставки и выиграть в этой достаточно непростой игре. По той простой причине, что любые маневры Беларуси с Евросоюзом будут восприниматься в России, я бы сказал так, достаточно болезненно.

При этом Евразийский союз институционально содержит для Беларуси более привлекательные форматы. Дело в том, что, да, можно говорить, что членство России в ВТО, по сути, ликвидирует экономический смысл любого интеграционного объединения, поскольку всё равно действуют базовые принципы ВТО и всё равно конкуренция между корпорациями идет, по сути, на глобальном уровне. А для Беларуси, равно как и для Казахстана, еще одного участника этого объединения, по сути, ни одна из белорусских корпораций не может (и, собственно говоря, было бы нереалистично предполагать перспективу, что они смогут) доминировать в качестве ключевых в рамках глобальной конкуренции. Естественно, они могут доминировать регионально, но не более того, и это региональное доминирование должно быть как-то закреплено и оформлено политическим инструментарием.

Так вот, по уставу ВТО интеграционные объединения, которые созданы до вступления в страны ВТО, могут существовать как зоны исключения и не быть объектом регулирования ВТО. И в этом плане для Беларуси и для Казахстана возникает достаточно интересная игра: каким образом стимулировать Россию использовать эти статьи устава ВТО и каким образом превратить Таможенный союз все-таки в зону, где была бы выгодна не только торговля, но и производство, в частности индустриальное производство.

Путь этот достаточно долгий, амбициозный, интересный, но, в общем-то, вполне реалистичный. То есть если Беларусь сыграет в итоге, а другого выхода нет… если называть вещи своими именами, то Беларусь должна на сегодня, чтобы выжить, взять на себя роль идеолога Евразийского союза, то есть, по сути, взять уже роль не пассажира, а по крайней мере одного из машинистов, то есть по крайней мере равного интеллектуального партнера.

Если смотреть на исторические предпосылки, как оно было, возвращаясь еще к временам Московии и Великого княжества Литовского, примеры интеллектуального партнерства существуют в достаточном изобилии. То есть здесь это не будет радикальной исторической инновацией, и она будет как-то ложиться на национальные паттерны, и в этом плане проект может получиться достаточно интересным и достаточно продуктивным. То есть в этом плане ставка Беларуси на Евразийский союз, она абсолютно прагматична, и она абсолютно понятна и содержит для нее достаточно интересные перспективы развития.

При этом я бы отметил, что эти перспективы взаимно интересны и Европейскому союзу. По той простой причине, что понятно: когда возникает достаточно оформленное интеграционное объединение, которое бы отличалось немножко по внутреннему укладу… То есть, понятно, «немного отличалось» — это большее использование социалистического инструментария, ведь, по сути, у нас всё равно может маятник качаться либо в сторону либерального, либо в сторону социализма. То есть, по сути, речь идет о том, чтобы сохранить тот социалистический инструментарий, который в изрядной степени сегодня использует Беларусь.

Это является одним из пунктов традиционного осуждения Беларуси как из России, так и из Европы, но тут есть один аргумент, который в будущем может позволить Европе немножко пересмотреть свою позицию в отношении Беларуси. Дело в том, что очевидно, что сегодняшние структурные проблемы Европы, как то: долговой кризис, проблема мигрантов, вряд ли позволят Европе удержаться на сегодняшней нейтральной позиции. То есть европейские ценности тоже будут вступать в стадию эволюции, и тут, по сути, два возможных пути будут: либо крен вправо, в сторону локальных национализмов, либо крен влево, в сторону опять же того же использования социалистического инструментария.

То есть в этом плане по крайней мере одна ценностная препона, которая существует между Европейским союзом и Беларусью, она, по сути, растворится, потому что и там и там наступит достаточно интересное время перемен. Время перемен, которое опять же будет называться борьбой за выживание.

Ну и, по сути, назвав вещи своими именами, то есть назвав протекционизм протекционизмом и, скажем, переведя его из разряда осуждаемого в разряд чего-то приемлемого, наверно это будет достаточно интересная реконцептуализация не только в рамках российско-белорусско-казахстанского объединения, но и в рамках европейского пространства, поскольку всё равно Европа будет нащупывать выходы из сегодняшних экономических проблем, используя одну из этих отверток.

Либо регионализация будет идти по польскому формату, где, например, закрывать внутренний рынок в достаточной степени помогает традиционно сильная позиция католицизма, когда поляк все-таки солидарно будет покупать польское, игнорируя, возможно, более конкурентоспособное предложение, но, так или иначе, это будет называться тем же самым протекционизмом и, так или иначе, будет создавать новое пространство для диалога.

Ну, по первости всё. Спасибо.

Собьяк. Большое спасибо, г-н Коктыш. Теперь давайте продолжим, и следующим выступает г-н Владимир Брутер, эксперт Международного института гуманитарных и политических исследований.

Брутер. Молдова перед Вильнюсом — это один из наиболее, наверное, интересных и непонятных извне вопросов. Я постараюсь как можно тезиснее, как можно короче.

Ситуация в Молдове перед Вильнюсом продолжает оставаться крайне нестабильной. При этом, очевидно, изменилось само понятие нестабильности. Ранее это была нестабильность переходного периода, теперь это нестабильность, основой которой являются прежде всего внутренние причины.

Эти причины, на мой взгляд, характерны для большинства стран в Восточной Европе, в том числе тех стран, которые являются членами ЕС, и некоторых стран Южной Европы, и носят прежде всего социально-экономический характер. Прежде всего это низкий уровень доходов, отсутствие видимых перспектив карьерного роста и других социальных лифтов. Большинство граждан именно с деятельностью власти связывают эти проблемы. Поэтому, кто бы ни был у власти, долговременное отсутствие позитивной информации приводит к тому, что общество и политическая власть существуют фактически автономно друг от друга.

Внутриполитическое измерение. Уже к 2005 году стало очевидно, что большинство в парламенте может быть только двух видов. Первое — это коммунисты без партнеров, и второе — это коалиция национальных, консервативных и умеренных партий. Если присутствующие помнят, то в 2009 году в Молдове два раза проводились парламентские выборы, и первые не привели к избранию президента, поскольку у коммунистов не хватило одного голоса. Необходимо 61 голос, то есть три пятых парламента.

До перехода группы Плахотнюка — Лупу, которая до 2009 года была в компартии, на сторону оппозиции, другого варианта, кроме первого, быть не могло, и очевидно, что правоцентристское большинство как идея сформировалось именно в перерыве между первыми и вторыми выборами. В 2009 году, после вторых выборов, был создан Альянс за европейскую интеграцию, который находится у власти до сих пор.

Четыре года Альянса у власти характеризуются максимальным уровнем конфликтности внутри правящей группы, чего не было во время правления коммунистов, что является определенной новацией, по крайне мере степень конфликтности. Во время предыдущего пребывания аналогичного альянса у власти, это 1998–2000 год, конфликтность тоже носила высокий характер, но все-таки такие рамки не переходила.

Основные причины конфликтов не политические. Это борьба двух основных группировок — Филат, Либерально-демократическая партия, и Плахотнюк, Демократическая партия, — за позицию и ресурсы. Эта борьба, которая проходит фактически уже несколько лет, в значительной степени истощила обе группировки, особенно как политические проекты, и партия власти пребывала в состоянии почти полной прострации.

Поэтому европейский вектор для Молдовы выступает как крайне стабилизирующий и, я бы сказал, направляющий элемент. Для Молдовы существование варианта подписания ассоциации с Европой является стабилизирующим фактором внутренней, а не внешней политики. И на мой взгляд, это принципиальная характеристика.

Кроме того, что борьба между собой истощила Филата и Плахотнюка, это привело и к тому, что они утратили в значительной степени доверие европейских институтов.

Смена премьер-министра — Филата на Юрия Лянкэ — в значительной степени была обусловлена тем, что Лянкэ воспринимается европейскими партнерами как прогнозируемый, последовательный и некоррумпированный политик, который в преддверии Вильнюсского саммита сможет обеспечить неконфликтность внутренней молдавской элиты и последовательность в переговорах с Евросоюзом.

Таким образом, европейские структуры в Молдове неожиданно для себя оказались в значительной степени втянуты во внутриполитические моменты. Это было неожиданно и для предыдущего представителя ЕС в Молдове, и для комиссара по расширению, которые в Молдове появляются с огромной регулярностью и фактически взяли на себя ответственность за то, как развивается внутренняя политика в республике перед Вильнюсом.

Соглашение с Евросоюзом об ассоциации является главным стабилизирующим моментом молдавской политической элиты. Без Вильнюса кризис в Молдове происходил бы гораздо острее, а его последствия могли быть опаснее. Причем не только внутренние, но, возможно, и просто региональные. В частности вполне вероятно, что отношения Молдовы и Приднестровья, Молдовы и Гагаузской автономии были бы в этом случае более напряженными в каком-то смысле, а перспективы присоединения Украины к ассоциации выглядели бы несколько иначе. Поэтому на сегодняшний момент следует констатировать, что для Молдовы и для региона в целом присоединение к Евросоюзу в виде ассоциации является фактически безальтернативным.

Отношения с Приднестровьем как факт сейчас характеризуются практически полной остановкой диалога, установкой внутренних миграционных постов, которые будут контролировать пребывание на территории Молдовы всех, кто пребывает из Приднестровья и не имеет молдавского гражданства. Для Приднестровья это решение означает скорее не юридические последствия, поскольку молдавское гражданство есть у 70–80% жителей Приднестровья, есть молдавские паспорта, а скорее психологическое последствие, и, по мнению обычных приднестровцев, это превращает регион в резервацию.

На данный момент это имеет и внутриполитические последствия, прежде всего в том, что касается отношений Молдова — Россия. Высказывания куратора Приднестровья Дмитрия Рогозина явно накаляют обстановку, и собственно, на мой взгляд, они для того и делаются, чтобы эту обстановку накалять.

Под этим моментом происходит определенное обострение отношений с Гагаузией.

Отношения с Гагаузией в значительной степени связаны с тем, что, по внутренним причинам, фактическому лидеру Демпартии Владимиру Плахотнюку удалось создать мощную организацию в Гагаузии, которая ориентируется на мэра Комрата Николая Дудогло. В этой связи под Дудогло ушла значительная часть гагаузских радикалов, которые, пользуясь тем, что у них в Кишиневе есть хорошая «крыша», а здесь нечего делать, всячески накаляют обстановку в автономии. Это, например, выливается в такие совершенно сумасшедшие предложения, как референдум о выходе из Молдовы, референдум о вступлении в Таможенный союз, и прочее, и прочее, которые идут опятьтаки не от гагаузских коммунистов и не от гагаузского башкана, то есть главы исполнительной власти, Формузала, а идут прежде всего от свободных радикалов, которые используют момент для повышения собственного влияния на ситуацию.

Роль и место России. Роль России в молдавских делах носит — мне очень нравится это слово — «коктейльный» характер, сочетая различные, практически несовместимые компоненты. Формально Российская Федерация выступает против подписания Молдовой соглашения об ассоциации с Евросоюзом и предлагает присоединиться к Таможенному союзу. Фактически никакого присоединения Молдовы к Таможенному союзу, конечно, быть не может, и это просто фигура речи. Речь идет о допуске молдавских товаров на российский рынок в индивидуальном порядке. То есть таким образом Россия позволяет или не позволяет различным молдавским интересантам оказывать некие действия по продвижению своих товаров на российские рынки.

Так, например, Россия заявляет одновременно о прекращении доступа молдавского алкоголя в Россию, это известное заявление Онищенко, и через несколько дней подписывает протокол об упрощении таможенных процедур для плодоовощной продукции. Это происходит с разницей в два или три дня и просто говорит о том, что Молдову не приглашают в Таможенный союз де-факто, Молдову приглашают торговаться. А это совершенно другая ситуация.

То же самое касается и приднестровского урегулирования. Фактически Россия предпочитает сохранение статус-кво, и сохранение статус-кво необходимо как просто сохранение средства влияния на ситуацию. В этом нет никаких других, далеко идущих планов. Россия предполагает, что никакого урегулирования не может быть, а значит нужно сохранить статус-кво.

Всё это, на мой взгляд, говорит о том, что никакой долгосрочной и даже среднесрочной политики у России в отношении Молдовы нет, не было и, скорее всего, не будет. Эти отношения носят ситуативный характер и, видимо, в таком направлении будут продолжаться дальше.

Что касается Молдовы после Вильнюса. Вне зависимости от того, что именно будет подписано и будет ли что-то подписано, на мой взгляд, это изменит ситуацию, но не изменит направление ситуации. Речь идет вот о чем. Нынешнее молдавское правительство очень неустойчиво, и, безусловно, оно может быть отправлено в отставку после определенной неудачи в Вильнюсе. Причем даже не по внешним причинам, а по причинам внутренних конфликтов. Однако есть основания предполагать, что в этом случае начнется определенная торговля между коммунистами, которые, скорее всего, придут в том или ином в виде к власти после выборов, и Евросоюзом.

Последние заявления Воронина по этому поводу, скорее всего, свидетельствуют о том, что он готов к торговле, но, учитывая то, что он считает свое положение почти монопольным, цену будет назначать высокую, и будет пытаться сделать это самостоятельно. Это, конечно, опять-таки свидетельство его подхода к политике, но в данном случае мы должны признать, что его подход таким был всегда, и именно таким он был и во время неудавшегося меморандума Козака в 2003 году, именно таким он был, когда Воронин уходил в 2009-м, именно таким он остается сейчас.

В этой ситуации молдавские политики продолжают себя вести достаточно спорно, и недавние акции по передаче российским инвесторам в собственность аэропорта Кишинева и Сбербанка Молдовы привели уже в замешательство даже нового представителя ЕС в Молдове господина Тапиолу, который сказал, что нетранспарентная приватизация несомненно станет проблемой в рамках будущих соглашений.

Таким образом, после Вильнюса можно ожидать два основных сценария.

Ускоренный предполагает, что в случае подписания каких-либо соглашений об ассоциации события будут развиваться достаточно идентично, а Евросоюз будет гарантом принятых решений. В случае осторожного варианта подписание соглашений будет на некоторый срок отложено. В этом случае стороны сосредоточатся на малых делах и осторожном движении вперед. На мой взгляд, при существенном различии, принципиальных противоречий между двумя вариантами нет. Однако следует учитывать, что при осторожном варианте существует вероятность смены приоритетов.

–  –  –

Собьяк. Большое спасибо. А теперь позвольте мне передать слово г-ну Виктор Мироненко, и позвольте нам побольше узнать о позиции Украины.

Мироненко. Большое спасибо, Анита, за приглашение и за предоставленную трибуну. Добрый день, уважаемые дамы и господа!

Дорогие дамы и господа, у меня задача сложнее и проще, чем у моих коллег.

Национальные цели Украины не столь ясны, как у Молдавии, а перспективы Украины не столь радужны, как в Белоруссии, в изложении моих коллег.

Теоретически, на мой взгляд, после Вильнюса, в зависимости от результатов саммита «Восточного партнерства», в Восточной Европе возможны три варианта развития событий.

Вариант первый. Всё остается как есть. Россия и Украина, как и раньше, будут определять лицо Восточной Европы: а) в совместном лидерстве, как было большую часть XX века; или б) в соперничестве за лидерство, как это было после 1991 года.

Второй вариант. Украина окончательно сходит с политической орбиты России, возникает новая разделительная черта в Европе, теперь, скорее всего, в Восточной, и «Восточная Европа минус», то есть минус европейская часть Российской Федерации, Беларусь и, скорее всего, Армения. Тогда Европейский союз и Украину ожидает в лучшем случае «холодный мир» с Россией, а в худшем — новое издание «холодной войны».

Третий вариант. Осознание тупика приведет к расширению контекста в рамках или Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе, или через посредство какого-то иного, нового формата. Начнется осмысление и разработка совместно с США и Канадой если не конфигурации Большой Европы, то хотя бы неких общих правил поведения, обеспечивающих на ближайшую перспективу минимальный стандарт безопасности и сотрудничества в Европе.

Наиболее желательным мне представляется третий вариант; наиболее вероятным — увы, пока, с учетом позиций всех участвующих сторон, — два первых.

Очень обнадеживает, меня во всяком случае, упоминание в преамбуле проекта соглашения между Европейским союзом и Евратомом с одной стороны и Украиной с другой стороны Парижской декларации для новой Европы 1991 года. Учитывая разницу экономического и военного потенциалов и, скажем так, некоторую зацикленность нашего российского руководства на антироссийской направленности в целом проекта «Восточное партнерство», основные надежды я здесь склонен возлагать все-таки на Европейский союз прежде всего и, может быть, при определенных условиях, на Украину как на пример для подражания.

В том, что касается собственно Украины, а я понимаю, что я приглашен в качестве эксперта именно по этой тематике, то нужно отдельно рассматривать экономические и политические последствия (пока они свалены в кучу), причем и те и другие в двух вариантах: в тактическом и стратегическом варианте.

При любом развитии событий после Вильнюса — это я хотел бы подчеркнуть и донести эту главную мысль — одно совершенно ясно уже сейчас: российские и украинские отношения изменились, и они изменились необратимо, независимо от результатов Вильнюсского саммита.

Но прежде чем высказать несколько суждений по этому поводу, хотелось бы привлечь ваше внимание к одному вопросу. А именно к тому, что в обсуждении проблем вот этого большого восточноевропейского треугольника отсутствует даже намек на попытку понять, как этот большой треугольник превратился в «бермудский».

В том, что касается Европейского союза, мне думается, что ему тоже есть о чем подумать, оглядываясь назад, вплоть до упоминавшейся Парижской декларации 1991 года, помня поговорку, что «we rarely miss an opportunity to miss an opportunity». Будем надеяться, что на этот раз возможность упущена не будет.

Россия и Украина же незаметно прошли, проскочили все те развилки, которые история всегда оставляет и оставляла в этом случае для возвращения на магистральный путь развития, с которого обе страны в силу разных обстоятельств свернули.

Пришло время подводить итоги того, что можно было бы назвать украинской политикой российской государственной администрации. Пришло время, если бы такая политика была. На мой взгляд, такой политики просто не было. А что же было?

Был некий комплекс представлений: весьма странных о мире, комплиментарных о себе, снисходительно-иронических об Украине и украинцах и российско-украинских отношениях. Было иллюзорное, как оказалось, представление о том, что, освободившись от Горбачева, от КПСС, от Советского Союза, всё останется, по существу, как было. Была не менее иллюзорная вера в то, что если ни с кем ничем совместно нажитым за семьдесят лет не делиться, то можно быстро сильно разбогатеть, и все сами к нам потянутся назад.

Что Москва, несмотря ни на что, останется центром образовавшегося после разрушения Советского Союза экономического и политического пространства — ну, может быть, с небольшими потерями в Прибалтике и на Кавказе. Была бесконечная череда громких деклараций об особом характере отношений двух государств, ряд также весьма декларативных договоров, соглашений, саммитов, заседаний, комиссий и подкомиссий.

Были односторонние решения, угрозы, территориальные претензии и неуклюжие попытки защищать русских и русскоязычных в Украине.

Всё это происходило как-то беспорядочно, эмоционально и хаотично, на фоне суетливого растаскивания бывшего единого народно-хозяйственного комплекса.

Экономики двух стран по историческим меркам почти мгновенно перешли от состояния взаимодополняющих частей одного большого хозяйственного организма к конкурирующим экономикам. Если вы посмотрите, за исключением энергоносителей, номенклатура экспорта этих двух стран практически одинаковая.

Вторгшийся в эти экономики могучий частный интерес, который просто некому было направлять, и не было навыков направлять его и сдерживать, довершил свое дело.

Под пролившимся на нас, на Россию я имею в виду, золотым дождем пышно расцвели цветы нашего российского мессианства. Пока что в виде альтернативных большому европейскому интеграционных проектов. Но Украину, которой от этого золотого дождя не досталось почти не капли, эти проекты уже привлечь не могут и не могли. Даже такого проверенного во многих боях друга России, как нынешний президент Украины Виктор Федорович Янукович. Да и угрозы уже не действовали. Похоже, что украинцы решили вести себя по старому, испытанному правилу: лучше ужасный конец, чем бесконечный ужас.

Где лежат корешки вот этого зловредного, прежде всего для нас самих, россиян, для русских, растения? Заглянув поглубже, видно, что корешки лежат в истории последних двадцати лет. Наиболее консервативная часть российского позднесоветского истеблишмента во главе с Борисом Ельциным, убрав Горбачева и реформаторов, составлявших малую ее часть, не только благополучно перекочевали в райские кущи созданного ею для себя дикого капитализма, но и перенесли в него свои старые привычки и взгляды.

Что я имею в виду. Так же как раньше они делали вид, что верят в то, что говорил Иосиф Сталин: «Нет таких крепостей, которые большевики не могли бы взять», — теперь они вслед за Филиппом II Македонским и гуру наших политических реформ Владиславом Сурковым говорят о том, что нет такой крепости, которую не мог бы взять осел, нагруженный золотом. Но проблема в том, что для Украины не осталось ни осла, ни золота. В результате, как сказал один украинский политик, а точнее Леонид Кравчук, «маємо те, що маємо», то есть «имеем то, что имеем». И никто не виноват в этом больше, чем мы сами, в России.

Невозможность соединить в нечто общее европейский процесс и процессы на постсоветском пространстве или, в частности, в Восточной Европе, в том числе инициируемые российским руководством, проистекают не из трудностей в согласовании технических регламентов и мер по защите своего производителя, а из того, что эти процессы направлены принципиально в разные стороны.

Теперь об Украине после Вильнюса конкретно.

«От политической ассоциации и экономической эмиграции Украины, — совсем недавно вот сказал Винфрид Шнайдер-Детерс, — будущее самого Европейского союза не зависит. Европейский союз рискует лишь потерпеть неудачу в своей политике «Восточного партнерства». Для Украины же Вильнюсский саммит имеет историческое значение. От подписания или неподписания соглашения об ассоциации зависит ее внешняя ориентация в будущем и внутреннее развитие». Конец цитаты.

Это так и не так в одно и то же время. Для Европейского союза, я полагаю, это тоже вопрос его будущего, но нет времени раскрывать этот тезис.

В случае подписания соглашения об ассоциации, так как я и предлагал анализировать, в политическом отношении, стратегически, по утверждению Владислава Иноземцева, сошедшую с российской политической орбиты Украину вернуть обратно будет очень трудно, если вообще возможно. Нужно отдавать себе отчет, что притяжение Европейского союза — гравитация куда более сильная, чем современной России.

Тактически — снимается проблема Тимошенко, и это был бы огромный шаг вперед для Украины, расширяется пространство для маневра перед президентскими выборами 2015 года, и следовательно, нынешние украинские власти будут менее склонны к популизму и будут более жесткими по отношению к местным монополистам и олигархам.

В экономическом отношении произойдет обострение торгово-экономических отношений с Россией, но оно не будет иметь таких масштабов и последствий, как об этом говорит уважаемый академик Сергей Глазьев. Потребление природного газа Украиной уже сократилось почти наполовину, и судя по всему, Украина по необходимости всерьез занялась энергосбережением и альтернативными источниками энергоносителей и энергоресурсов. Вы, наверное, обратили внимание, вчера об этом снова говорил Янукович, заявивший, что к 2020 году Украина должна перейти на самообеспечение энергоносителями. Может быть, это преувеличение, но намерение понятно.

Сергей Караганов утверждает, что торгового эмбарго со стороны России было бы достаточно, чтобы обрушить всю украинскую экономику. Но даже он не считает это возможным, поскольку через весьма прозрачную государственную границу в таком случае хлынет масса отчаявшихся людей. Они ее могут просто снести — вместе с нынешними администрациями, одной и второй.

Владислав Иноземцев считает, наоборот, что денонсация Россией договора о свободной торговле — это примерно минус 5–6% нынешнего экспорта Украины. Это действительно так, это очень серьезно, чувствительно, но не критично. Он, Иноземцев, считает, что мы не сможем обрушить украинскую экономику, даже если бы мы этого захотели.

В стратегическом плане переход на технические регламенты и стандарты Европейского союза вынудит начать реальную модернизацию экономики и продолжить либерализацию общественно-политической системы: федерализацию, отложенный переход к парламентской республике, настоящую реформу судебной системы и так далее.

Начальные трудности будут, конечно, очень большими. О, если бы сделать европейский выбор было бы так просто!

В целом у ЕС появится дополнительное пространство развития, там сейчас очень тесно; у Украины — мощный стимул к модернизации; у России — повод для раздумий о будущем, осмысления своей новой геополитической роли.

Если подписание соглашения по той или иной причине не состоится — во что я, честно говоря, не верю, — стратегически наступит пауза до следующего саммита «Восточного партнерства», который, как и очередные президентские выборы, должен состояться в 2015 году. А это означает, что возникнет «серая зона», «ничейная земля», борьба за контроль над которой надолго может отравить отношения России и Европейского союза. Я не думаю, что это может входить в чьи-то интересы.

Мне говорят, что мой регламент исчерпан. Спасибо за внимание.

Собьяк. Большое спасибо, г-н Мироненко. И спасибо всем вам за ваши оценки ситуаций в трех разных странах.

Итак, давайте перейдем к вопросам и ответам. Я хотела бы задать всего один вопрос, с учетом лимита времени, и этот вопрос будет касаться фактически Молдовы.

Г-н Брутер, как вы говорили, характерная особенность Молдовы в том, что здесь процесс ассоциации оказывает определенное стабилизирующее влияние на внутреннюю политику. Я думаю, что мы можем абсолютно согласиться с этим. Однако если вспомнить тот внутриполитический кризис, который мы могли наблюдать в первой половине этого года, мы, вероятно, также согласимся с тем, что он выявил высокую уязвимость европейского направления Молдовы в плане внутренней нестабильности. Итак, мой вопрос к вам: Как вы оцениваете вероятность возникновения очередного, нового политического кризиса в Молдове? Вы также отметили возможность, например, развала этой новой властной коалиции. Итак, как вы думаете, какова была бы реакция России в такой ситуации?

Брутер. Молдова всегда открыта для кризисов, я бы сказал. Для политических. Что же касается… Мне кажется, у этого вопроса есть одно прикладное направление — это как себя поведет Воронин, когда соглашение будет подписано; как себя поведет Воронин, если он придет к власти при неподписанном соглашении. Владимир Николаевич — очень загадочный человек. Я бы сказал, что как он себя поведет — не знает никто. Даже Владимир Владимирович Путин не знал, что Воронин не собирается подписывать меморандум Козака, и даже уже собирался садиться в самолет. Поэтому мне кажется, что этот вопрос скорее из области догадок.

Сейчас же я все-таки предполагаю, что если ничего сверхэкстраординарного не произойдет, то Молдова должна будет или подписать, или парафировать соглашение. По мнению многих европейских аналитиков и политиков, не страшно, если после этого Воронин придет к власти, это объективный процесс. И видимо, этот момент начнет новую итерацию.

Что касается того, придет ли Воронин к власти в результате кризиса или просто так, — ну, на самом деле, правительство Лянкэ не очень устойчиво, и не очень устойчиво изнутри, поэтому кризис там может случиться в любой момент. Его можно и вызвать, конечно, искусственно, но я думаю, что до 28 ноября никаких искусственных кризисов не будет.

Собьяк. Большое спасибо. Так, теперь давайте предоставим слово нашей уважаемой аудитории и выслушаем некоторые замечания и вопросы, пожалуйста.

Реплика. У меня маленькая реплика. Вот только что коллега сказал, как поведет себя Воронин в случае подписания соглашения. Но мы должны вспомнить, что в 2002 году именно Воронин провозгласил курс на евроинтеграцию. Вот это мы должны… Брутер. Я помню. Он много чего провозглашал в своей жизни.

Реплика. Да нет, нет, нет. Понимаете, тут дело не в том, что много чего провозглашал. После этого был и Козак, действительно, и план Козака, и всё остальное, и некоторые детали, так сказать, его взаимоотношений… Брутер. Если бы Владимир Николаевич внимательно читал то, что он провозгласил ранее, его бы, наверно, иногда брал ужас. Но, я думаю, он не читает.

Реплика. Нет, нет, нет. Ну подождите, чего вы меня перебиваете?

–  –  –

Реплика. Я просто хочу сказать дорогому коллеге, мною уважаемому, что мне так представляется, что, в общем-то, ни один политик из вот этих стран, о которых мы сейчас говорим, вряд ли пойдет, так сказать, на попятную, вряд ли отойдет от курса на сближение с Евросоюзом, в том числе и прежде всего Молдова. Ну, у Белоруссии совершенно особый путь, и мне хотелось бы сказать, что просто прекрасной была оценка того, что происходит в Белоруссии.

А что касается Украины, то тут вопрос, конечно, очень сложный. Украина фактически разделена, причем я так думаю, что не географически, а просто ментально существует разделение. Вот недавно я слушала очень интересное выступление известного украинского журналиста Виталия Портникова, который как раз и говорил о том, что, конечно, хотели бы… Украинцы на вопрос о том, считают ли они себя европейцами, отвечают: нет, не считают. Но хотят ли они ассоциации с Евросоюзом — да, хотят, большинство говорит. Понимаете? И дальше, приводя целый ряд примеров, он говорит о том (и мне кажется, что это очень важно для всех трех стран, о которых мы сейчас говорим), что вот стремление к Евросоюзу является стремлением к получению определенной выгоды, но не является проявлением уже сформированной европейской идентичности, до которой им нужно пройти еще очень большой путь.

Между прочим, я должна сказать моему дорогому коллеге по Молдове, что Молдова гораздо ближе, так сказать, к этой идентичности, чем, может быть, даже Украина. Спасибо.

Брутер. Ну конечно, ближе. Извините еще раз, что перебил. Конечно, ближе. Мы все европейцы, я тоже европеец.

Насчет Воронина. Я тут потратил некоторое время и внимательно прочитал — извиняюсь за служебную информацию — стенограмму встречи господина Тапиолы и господина Воронина. Знаете, вот такой вот осадок остается. Как в анекдоте.

Воронин, свойство его характера — если у него есть возможность торговаться и продавать, он всегда будет торговаться и продавать. Это свойство характера, которое уже он не изживет никогда. И если он видит для себя возможность хотя бы что-нибудь выиграть на виртуальной торговой площадке, он будет это продолжать. И если соглашение не будет подписано, Воронин продолжит это. А вот если соглашение будет подписано, он, скорее всего, будет исходить из реальности, что оно подписано.

Извиняюсь.

Собьяк. Большое спасибо за ваши спонтанные реакции, но давайте теперь послушаем, может быть, еще какие-то замечания и вопросы, потому что я уверена, тут есть еще желающие.

Михайлов. Спасибо. Сергей Михайлов, Российский институт стратегических исследований. У меня два вопроса, один к Владимиру Брутеру.

Вопрос такой. Вот вы сказали, что, судя по всему, у российского руководства отсутствует средне- и долгосрочное видение своей политики в отношении Молдавии. При этом совершенно верно отметили, что сейчас фактически такой вот организующей и направляющей силой в молдавской политике являются представители Евросоюза. А вот у Евросоюза какое долгосрочное видение Молдавии? В частности приднестровской ситуации, учитывая тот факт, что упомянутые вами контрольные пункты на границе с Приднестровьем были установлены по настоянию Евросоюза и фактически являются своего рода таким вот квази-де-факто признанием Приднестровья, по большому-то счету.

Вот как вообще и Приднестровье, и Молдавию в целом видит Евросоюз в своем окружении? Ну или хотя бы его представители, там, Штефан Фюле, Тапиола. Я не знаю, если уж вы там стенограммы читаете, может, на этот счет что-нибудь расскажете?

Брутер. Нет.

Михайлов.

Хорошо. И второй вопрос к Виктору Мироненко — по поводу перспектив Украины после подписания Вильнюсских соглашений. Вот на ваш взгляд, существуют ли какие-то, скажем так, расчеты относительно того, после подписания соглашения о свободной торговле и его имплементации, какое влияние на украинскую экономику это будет иметь не с точки зрения того, как там она пострадает или не пострадает от санкций со стороны России, а с точки зрения конкуренции с собственно Евросоюзом? Потому что понятно, что сельскохозяйственный комплекс Евросоюза намного сильнее украинского, и, как вы отметили, наоборот, экспортные статьи Украины абсолютно совпадают с российскими, за исключением нефтегазового сектора, и в какой степени этот экспорт удастся сориентировать на Евросоюз, что будет с этим экспортом в рамках Евросоюза, вот эти вот вещи, они как-то просчитываются где-нибудь? Спасибо.

Собьяк. Большое спасибо. Теперь еще один вопрос, с той стороны зала.

Кувалдин. Виктор Иванович, он будет вам адресован. Я не хочу никак задевать европейскую гордость Влада Брутера в отношении одного из его сограждан, но мне кажется, что вообще этот регион, не только Воронин, этот регион вообще полон загадочных людей, особенно на самых ответственных местах. Не только Молдова, а и другие страны. Но мой основной вопрос адресован Виктору Ивановичу, вот, в частности, такому оптимистическому финалу его выступления, что Украина подпишет Вильнюсское соглашение об ассоциации, окажется по ряду причин в сложном, тяжелом положении, в частности в отношениях с Россией, и это мощно подтолкнет модернизацию на Украине.

Вы знаете, Виктор Иванович, вы, конечно, Украину знаете куда лучше моего. Ну, я могу понять позицию украинской элиты. В общем, достаточно давно мне ясно ее сформулировал один из лучших украинских политологов, сказав так: «Мне гораздо приятнее пить кофе в Париже, чем водку в Сургуте». Если бы передо мной стоял аналогичный выбор, я бы тоже не колебался. Но речь все-таки идет о выборе для страны и для всего общества в целом.

Хотя этот вопрос почти не всплывал, но пока я не вижу никакой реалистической перспективы вступления Украины в Европейский союз в ближайшие 20–30 лет.

Поскольку есть все Западные Балканы, страны маленькие, страны очень проблемные, их там, как считать, шесть или семь, соответственно, ну и непонятно еще, как решить вопрос с Турцией.

При отсутствии вот этого основного приза и, кстати говоря, основного кнута… Мы по опыту по крайней мере двух стран, Румынии и Болгарии, у которых эта перспектива была, которые вступили и в которых даже после вступления в Европейский союз, помоему, в том, что касается коррупции и работы государственного аппарата, не многое изменилось к лучшему… Так вот, на Украине, где этой перспективы реалистично не будет (ну, в обозримом будущем горизонте политики), вы считаете, действительно будут достаточно мощные стимулы, которые будут подвигать украинское общество — или украинскую правящую элиту, скажем осторожнее, — в сторону модернизации? Причем трезво учитывая тот факт, что многим ключевым группировкам в украинской элите — и, кстати говоря, в российской тоже — эта модернизация, она и даром не нужна. Им так хорошо при диком капитализме, как никогда не будет при капитализме европейском.

Собьяк. Спасибо вам большое, и давайте теперь еще один комментарий или вопрос, под конец, прежде чем вернуться к нашей дискуссии.

Воловски. Павел Воловски, посольство Польши. Извините, может быть, мой русский не такой точный, но попробую. Большое спасибо всем выступающим за очень интересные выступления. У меня есть такое ощущение, и после есть у меня вопрос.

В течение последних двух месяцев, может быть, в Москве на разных форумах, на разных конференциях, семинарах звучит идея, что Россия проиграла свою политику по поводу Украины. Мне кажется, что эта идея звучит так, может быть, очень остро и что это не совсем так, но это другое дело. Но есть тоже такое ощущение, что после этой политики должна возникнуть какая-то новая стратегия по поводу… что что-то должно поменяться.

И я, кстати, к этому вопросу. Если что-то должно поменяться, если вот то, что было до этого времени, не сработало, тогда где Россия могла бы найти… как изменить этот евразийский проект, чтобы он стал более привлекательным, более убедительным для партнеров? Это вопрос ко всем выступающим: видите ли вы такую возможность? Спасибо большое.

Собьяк. Большое спасибо. Итак, вернемся тогда к нашим дорогим выступающим.

Я хотела бы попросить вас попробовать обобщить свои выводы и ответить на вопросы — не более, скажем, трех минут. Г-н Мироненко.

Мироненко. Первый вопрос: Михайлов Сергей — существует ли какой-то расчет, какое влияние будет иметь конкуренция с ЕС в России. Конечно, существует. Украинские экономические институты занимаются этим исследованием, одни вместе с Глазьевым, с нашими российскими институтами, другие самостоятельно. Я сейчас не в состоянии приводить эти расчеты, но я вам назвал примерные результативные цифры, что где-то 5– 6%, они предполагают, потери будут в украинском экспорте в ситуации достаточно жесткой реакции России. Что касается деталей, то есть 900-страничный текст с одной стороны, где масса экономических вопросов… Я не знаю, тогда уточните вопрос.

Михайлов. Я имел в виду усиление свободной конкуренции с Евросоюзом.

Мироненко. Ну конечно. А как же делать экономические расчеты без учета конкуренции, которая возникнет с Европейским союзом в новых условиях, таможенных и экономических? Конечно, учитывается, а как же.

Второй вопрос, Виктор Борисович Кувалдин. Виктор Борисович, тут было несколько вопросов одновременно.

Значит, понимаете, вы задаете вопросы о том, что вот у вас нет ожидания того, что Украину в ближайшее время ожидает членство в Европейском союзе. У меня тоже нет ожидания этого. Я совершенно согласен с вами и всё время не устаю это повторять своим украинским коллегам. То, что вот это соглашение об ассоциации будет не панацеей, не даром небесным, а тяжелейшим испытанием для украинской экономики, политики и всех остальных, это совершенно очевидно.

Но я не буду раскрывать этот ответ, Виктор Борисович, я задам, простите, встречный вопрос: а какая альтернатива? Альтернатива — получить скидки на энергоносители опять и застыть в этой ситуации, причем застыть именно в одном общественном сегменте, самом высшем, — мы знаем, кто стрижет купоны, так сказать, от каких-то скидок на нефть и газ, помимо общественных.

То есть я, откровенно говоря, в этой ситуации поставил бы вопрос, вы правильно его ставите, но я для себя ставлю вопрос еще тот: а с чем сравнивать? А каков альтернативный вариант поведения? Таможенный союз, да? Но мы прекрасно знаем о том, что Украине предлагают то же самое, что в Европейском союзе, — присоединиться к поезду, который ушел уже два года тому назад, все положения выработаны, и украинское руководство об этом совершенно откровенно говорит.

И вот был вопрос от господина из Польши — по-моему, очень правильный, существенный вопрос, — он о том, а потерпела ли Россия поражение.

Россия поражения не потерпела. Политика российских администраций — всех, сменившихся за последнее время, — на мой взгляд, я бы не стал говорить, что она потерпела поражение. Я бы сказал то, что я сказал в своем докладе: что в полном смысле этого слова продуманной, разумной, учитывающей реальную ситуацию в Европе, учитывающей особенности Украины политики у российской администрации по отношению к Украине не было, и успеха она иметь не могла. Но я бы не называл это поражением, потому что возможности остаются.

Вы задали второй вопрос: а какие это возможности? Я думаю, что есть тут масса всяких вещей, которые нужно обсуждать, экономических, политических и так далее, но, на мой взгляд, главным является одно: избавиться от иллюзии, что ничего не случилось, что всё может вернуться назад. И вести себя по отношению к Украине так, как нужно себя вести по отношению к любому другому суверенному, независимому государству. Если это поставить во главу угла, тогда все остальные проблемы — можно найти решение, хотя это непросто. Если этого не признавать, никаких решений даже для простых проблем не будет. Вот мои ответы.

Коктыш. Я скажу только одну реплику — по поводу того, как можно обустроить Евразийский союз, чтобы он стал более привлекательным. Путь здесь один, он совершенно очевиден. Это выделение стратегических зон экономики, где, собственно, выгодным должно оставаться собственно производство, это меры по защите этого производства и, соответственно, отдача остальных зон экономики на свободную конкуренцию. То есть, по сути, задача сводится к тому, как сделать выгодным наравне с торговлей еще и производство.

Об этом никто не думал, это вопрос, который нужно опять же ставить и поднимать.

Ну, посмотрим, хватит ли в данном случае у Минска таланта к институциональному дизайну, то есть как обусловить интересную субъектную роль в тех переменных, которые будут. Опять же инструментарий понятным образом может быть и шире. Но самое главное — это каким образом страны сохраняют свой суверенитет, каким образом они могут ставить цели и каким образом их экономики остаются более-менее субъектными, а не внешней чей-то собственностью.



Pages:     | 1 | 2 || 4 |
 

Похожие работы:

«Планете водную безопасность! Глобальное водное партнерство Центральной Азии и Кавказа ИНФОРМАЦИОННЫЙ БЮЛЛЕТЕНЬ № ПРОГРАММЫ ВОДА, КЛИМАТ И РАЗВИТИЕ ДЛЯ КАВКАЗА И ЦЕНТРАЛЬНОЙ АЗИИ Отклик специалиста Вызвала большой интерес публикация Глобальным водным партнерством специальной технической брошюры Интегрированное управление водными ресурсами в Центральной Азии. Опыт Центрально-Азиатских республик во внедрении ИУВР знаменателен тем, что руководство водохозяйственными организациями всех стран региона...»

«КАЛИНИНГРАДСКАЯ ОБЛАСТЬ ЧЕРНЯХОВСКИЙ РАЙОН МУНИЦИПАЛЬНОЕ АВТОНОМНОЕ ОБЩЕОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ «КАЛИНОВСКАЯ СРЕДНЯЯ ОБЩЕОБРАЗОВАТЕЛЬНАЯ ШКОЛА» Рабочая программа на 2015 – 2016 учебный год по предмету «Основы безопасности и жизнедеятельности». класс 8. количество часов по плану 35. Преподаватель Красников Владимир Анатольевич. СТРУКТУРА РАБОЧЕЙ ПРОГРАММЫ № п/п Наименование раздела Номер страницы Титульный лист. Стр.1 Пояснительная записка Стр. Требования к уровню подготовки учащегося....»

«Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования «Саратовский государственный технический университет имени Гагарина Ю.А.» Кафедра «Природная и техносферная безопасность» РАБОЧАЯ ПРОГРАММА по дисциплине «Б.1.3.5.2 Эпидемиология» направления подготовки «18.03.02 «Энерго-и ресурсосберегающие процессы в химической технологии, нефтехимии и биотехнологии»» Профиль «Охрана окружающей среды и рациональное использование природных ресурсов» (для дисциплин, реализуемых...»

«Публичный отчет Государственного образовательного учреждения Города Москвы Лицея № 1535 за 2010 – 2011 учебный год. Публичный отчет ГОУ Лицея №1535 является средством обеспечения информационной открытости и прозрачности нашего образовательного учреждения. Доклад призван информировать родителей (законных представителей обучающихся), самих обучающихся, учредителя и общественность района «Хамовники» и Москвы в целом об основных результатах и проблемах функционирования и развития образовательного...»

«РОССИЙСКАЯ ФЕДЕРАЦИЯ ЗАО ИТФ «СИСТЕМЫ И ТЕХНОЛОГИИ» ООО ЗАВОД «ПРОМПРИБОР» КОД ОКП 42 2230 КОНТРОЛЛЕР СЕТЕВОЙ ИНДУСТРИАЛЬНЫЙ СИКОН С70 РУКОВОДСТВО ПО ЭКСПЛУАТАЦИИ ВЛСТ 220.00.000 РЭ 2015 г. СОДЕРЖАНИЕ лист Введение 2 1 Назначение и область применения 2 Состав контроллера 4 3 Технические характеристики 6 4 Устройство и принцип работы 12 5 Программное обеспечение 15 6 Установка и подключение 16 7 Подготовка к работе 17 8 Порядок работы и ввод в эксплуатацию 17 9 Проверка технического состояния 18...»

«Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования «РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАРОДНОГО ХОЗЯЙСТВА И ГОСУДАРСТВЕННОЙ СЛУЖБЫ ПРИ ПРЕЗИДЕНТЕ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ» УТВЕРЖДАЮ Проректор _А.М. Марголин «_»20 г. ПРОГРАММА-МИНИМУМ Кандидатского экзамена по специальности «Политические проблемы международных отношений, глобального и регионального развития» по политическим наукам Программа обсуждена на заседании кафедры «_» 2015г. Протокол № _ Смульский С.В....»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования «Московский государственный лингвистический университет» Евразийский лингвистический институт в г. Иркутске (филиал) ПРОГРАММА ПРЕДДИПЛОМНОЙ ПРАКТИКИ Направление подготовки 10.03.01 Информационная безопасность (код и наименование направления подготовки (специальности)) Направленность (профиль) образовательной программы Организация и...»

«ЛИСТ СОГЛАСОВАНИЯ от 22.06.2015 Рег. номер: 3394-1 (21.06.2015) Дисциплина: Безопасность жизнедеятельности Учебный план: 38.03.01 Экономика/4 года ОДО Вид УМК: Электронное издание Инициатор: Гренц Вера Ивановна Автор: Гренц Вера Ивановна Кафедра медико-биологических дисциплин и безопасности Кафедра: жизнедеяте УМК: Финансово-экономический институт Дата заседания 15.04.2015 УМК: Протокол заседания УМК: Дата Дата Результат Комментари Согласующие ФИО получени согласовани согласования и я я Зав....»

«СОДЕРЖАНИЕ стр.ПОЯСНИТЕЛЬНАЯ ЗАПИСКА 1. ПАСПОРТ ПРОГРАММЫ УЧЕБНОЙ ДИСЦИПЛИНЫ 2. СТРУКТУРА И СОДЕРЖАНИЕ УЧЕБНОЙ ДИСЦИПЛИНЫ 3. УСЛОВИЯ РЕАЛИЗАЦИИ УЧЕБНОЙ ДИСЦИПЛИНЫ 4. КОНТРОЛЬ И ОЦЕНКА РЕЗУЛЬТАТОВ ОСВОЕНИЯ УЧЕБНОЙ ДИСЦИПЛИНЫ ПОЯСНИТЕЛЬНАЯ ЗАПИСКА 1. Пояснительная записка Программа дисциплины разработана в соответствии с Федеральным государственным образовательным стандартом среднего профессионального образования по направлению подготовки 060203 «Стоматология ортопедическая» (утв. приказом...»

«Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования «Саратовский государственный технический университет имени Гагарина Ю.А.» Кафедра «Природная и техносферная безопасность» РАБОЧАЯ ПРОГРАММА по дисциплине Б.3.3.1.1 «Основы биохимии» направления подготовки (20.03.01) 280700.62 «Техносферная безопасность» Профиль «Безопасность жизнедеятельности в техносфере» форма обучения – заочное курс – 2 семестр – 4 зачетных единиц – 2 академических часов – 72 в том числе:...»

«Центрально-Азиатская региональная программа повышения устойчивости к изменению климата Май 2014 г. I. Контекст Общие проблемы • ЦА уже уязвима к изменению климата – Таяние ледников (до 20-30% за более 50 лет) – Преобладание засухи и наводнений, значительные людские страдания и экономический ущерб (до 1,3% годового ВВП) – Большие запасы природных ресурсов, неэффективная инфраструктура и неустойчивое управление земельными и водными ресурсами повышают уязвимость основных отраслей развития,...»

«СОДЕРЖАНИЕ 1. Общие положения 1.1. Основная образовательная программа бакалавриата, реализуемая вузом по направлению подготовки 050100 Педагогическое образование и профилю подготовки География и Безопасность жизнедеятельности 1.2. Нормативные документы для разработки ООП бакалавриата по направлению подготовки 050100 Педагогическое образование.1.3. Общая характеристика вузовской основной образовательной программы высшего профессионального образования (бакалавриат) по направлению подготовки...»

«Программа по предотвращению риска стихийных бедствий в Кыргызстане в 2007-2011 гг. Обзор Фото на обложке: Мобилизация местного сообщества для берегоукрепительных мероприятий на реке Зергер (фото CAMP Alatoo) Программа по предотвращению риска стихийных бедствий в Кыргызстане в 2007-2011 гг. Обзор Сентябрь 2011 Содержание Предисловие Информированность и наращивание потенциала в сфере интегрированного управления местными рисками в Кыргызстане.9 Повышение степени готовности и способности к...»

«Вестник Волжского университета имени В.Н. Татищева № 1 (23) 2015 УДК: 004.4 ББК: 32.97-018.2 Князева Г.В. МОНИТОРИНГ ДЕЙСТВИЙ ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ КАК ЧАСТЬ СИСТЕМЫ КОМПЛЕКСНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ КОМПЬЮТЕРНЫХ СИСТЕМ Knyazeva G.V. THE MONITORING OF USER ACTIONS AS A PART OF THE INTEGRATED SECURITY OF COMPUTER SYSTEMS Ключевые слова: информационная безопасность, блокировка USB-портов, защита информации от утечки, мониторинг действий пользователей, конфиденциальная информация. Keywords: information security,...»

«ЛИСТ СОГЛАСОВАНИЯ от 22.06.2015 Рег. номер: 3395-1 (21.06.2015) Дисциплина: Безопасность жизнедеятельности Учебный план: 080400.62 Управление персоналом/4 года ОДО Вид УМК: Электронное издание Инициатор: Гренц Вера Ивановна Автор: Гренц Вера Ивановна Кафедра: Кафедра медико-биологических дисциплин и безопасности жизнедеяте УМК: Финансово-экономический институт Дата заседания 15.04.2015 УМК: Протокол заседания УМК: Дата Дата Результат Согласующие ФИО Комментарии получения согласования...»

«АННОТАЦИЯ Дисциплина «Бюджетное право» реализуется как дисциплина вариативной части блока «Профессиональный цикл» Учебного плана специальности – 40.05.01 «Правовое обеспечение национальной безопасности» очной формы обучения. Учебная дисциплина «Бюджетное право» нацелена на формирование у обучающихся знаний об основах бюджетного устройства государства, составления, рассмотрения, исполнения и контроля за исполнением государственного бюджета и бюджетов субъектов федерации, входящих в бюджетную...»

«ЛИСТ СОГЛАСОВАНИЯ от 20.06.2015 Рег. номер: 2305-1 (09.06.2015) Дисциплина: Электронно-цифровая подпись в системах защищенного документооборота Учебный план: 10.03.01 Информационная безопасность/4 года ОДО Вид УМК: Электронное издание Инициатор: Бажин Константин Алексеевич Автор: Бажин Константин Алексеевич Кафедра: Кафедра информационной безопасности УМК: Институт математики и компьютерных наук Дата заседания 30.03.2015 УМК: Протокол №6 заседания УМК: Дата Дата Результат Согласующие ФИО...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования «СИБИРСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ГЕОСИСТЕМ И ТЕХНОЛОГИЙ» (СГУГиТ) Кафедра техносферной безопасности УТВЕРЖДАЮ Проректор по учебной работе _В.И. Обиденко «01» сентября 2015 г. РАБОЧАЯ ПРОГРАММА УЧЕБНОЙ ПРАКТИКИ Производственная санитария и гигиена труда Направление подготовки 20.03.01 Техносферная безопасность Профиль подготовки Безопасность...»

«ЛИСТ СОГЛАСОВАНИЯ от 06.06.2015 Рег. номер: 1826-1 (05.06.2015) Дисциплина: Администрирование распределенных систем 02.04.03 Математическое обеспечение и администрирование Учебный план: информационных систем: Высокопроизводительные вычислительные системы/2 года ОДО Вид УМК: Электронное издание Инициатор: Захаров Александр Анатольевич Автор: Захаров Александр Анатольевич Кафедра: Кафедра информационной безопасности УМК: Институт математики и компьютерных наук Дата заседания 30.04.2015 УМК:...»

«Содержание публичного отчета: 1. Общая характеристика общеобразовательного учреждения.2.Состав обучающихся.3.Структура управления общеобразовательного учреждения, его органов самоуправления.4. Условия осуществления образовательного процесса, в т.ч. материально техническая база.5. Учебный план общеобразовательного учреждения, режим обучения.6. Кадровое обеспечение образовательного процесса. Финансовое обеспечение функционирования и развитии 7. общеобразовательного учреждения. 8. Результаты...»







 
2016 www.programma.x-pdf.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Учебные, рабочие программы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.